Строительство Церкви еще не закончено

Диалоги между церквами становятся все более редкими. Но несмотря на противодействия конструктивным контактам, именно экклезиологическая проблема приобретает особую актуальность. Внешние часто сетуют на то, что в Церкви происходит много болезненного, странного, неединодушного, выходящего за те пределы, в которых можно говорить о единстве в Чаше Христовой, о целостности, о соединении в общении Таинств. Однако, вне поля нашего зрения пребывают те, которых мы привычно называем грешниками, те, кто еще не пришел в Церковь. Остаются и те, которые не поверили в Бога, но, может быть, поверят. Именно среди них могут оказаться те избранные, о которых говорил преп.Симеон.

Попытка выявить причину небрежения сегодня теми дарами, которыми обладает Церковь, предпринята в статье Евгения Пазухина “Иерархия как зеркало русского прихода” (Русская мысль, №4217). Автор называет это современное явление “неиспользованием исторического шанса христианизации”. Неиспользование часто оборачивается потерей. Рассказывая о приходах Русской Зарубежной Церкви (с которой у нас прервано евхаристическое общение), Пазухин усматривает параллели с жизнью наших приходов, когда воспринимаются и подчас пародируются те самые “пережитки”, за которые так держатся “зарубежники”. Сейчас, в конце ХХ века, мы как будто пребываем даже не в эпохе преп.Симеона, а в эпохе очень старого, двухтысячелетнего христианства. Конечно, это умозаключение не ново; вспомним великих критиков –– от Чаадаева до Бердяева. Многие современные богословы считают, что Церковь слишком стара для того, чтобы сейчас повернуть мир к себе лицом. Слишком мало это стадо Христово. Но если следовать Откровению, то Церковь –– это соль земли, это единицы. Это и есть святые.

Христиане подвергались жестоким гонениям (и не только в первые века) даже не по причине своей особой веры, а по причине нарушения закона –– отказывались приносить традиционные жертвы богам. Это состарившееся христианство вновь напоминает “Пастыря” Ерма. Конечно, это книга апокалиптическая, обязательная в каноническом своде священных книг до IV века, до тех пор, пока не сформировался окончательно канон Нового Завета. Но уже Ерм смог увидеть Церковь предсуществующую, которая отождествляется с Царицей Небесной, когда свет Софии Премудрости Божией тоже свидетельствует о Церкви. В сущности об этом пишет Симеон Новый Богослов; о том же будут рассуждать о.Сергей Булгаков и о.Павел Флоренский.

В согласии воли человеческой с волей Божией –– залог сотрудничества и, если так можно выразиться, взаимопонимания. Бог –– всегда в диалоге с человеком. Он –– источник, порождающий мысли, которые мы подчас отталкиваем, боясь не последовать определенным предписаниям, текстам, иногда неточным, но прочно вошедшим в обиход. Так ошибочные мысли становятся доминирующими, и мы забываем о самом главном –– о личном общении с Богом.

Облик Церкви во все века явлен непредсказуемым. Пребывая в Церкви, мы тоже всегда должны оценивать свою жизнь всякий раз, даже всякий день — заново. Совсем не обязательно, чтобы какие-то исторические события, например, гонения, приводили к возрождению Церкви. Сегодня в России Церковь поставлена в сложное положение. Миновали времена притеснений, но не произошло всеобщего обращения, как в эпоху Константина Великого после Миланского эдикта. Хотя тогда в Церковь хлынули и государственные чиновники, и толпы, для которых важно было утвердиться в той идеологии, которую поддерживал правящий император. Пришел Юлиан Отступник, воспитанный в христианском духе, но отшатнувшийся от формального христианства в сторону религиозного синкретизма. Он тосковал по красоте, по тому высокому культурному уровню, что был утрачен со времен античности. Ориентируясь на эллинистические ценности, он пытался соединить их с современностью, сплавить в единую философскую систему.

Цель его была ошибочной, но благодаря его временным мерам –– отделению Церкви от государства и лишению ее части привилегий –– христианство обновилось.Чиновничество моментально поменяло ориентацию –– назад к привычному язычеству. Несмотря на преувеличенные некоторыми историками масштабы гонений, в это время активно строились монастыри. В полуязыческом мире возводился свой, христианский град –– “Иерусалим”. Позже зарождается аскетика, формулируются цели и задачи монашества, возникают идеи молчальничества, столпничества и юродства, порожденные и подсказанные самой жизнью. Малое стадо вновь становится светом миру…

Е.Пазухин считает, что Церковь сегодня не справляется с задачей христианизации жизни: “Новая четвертая волна эмиграции, затронувшая преимущественно Германию, радикально изменила картину приходской жизни, полностью обновился состав прихожан. Абсолютное большинство составляют сейчас выходцы из России, ревностные неофиты, понимающие православие как беззаветное послушание священноначалию и неукоснительно выполняющие мельчайшие предписания обрядового благочестия. Понятия Церковь и храм в сознании таких людей практически совпадают”.

У Симеона Нового Богослова понятия Церковь и храм не совпадают и даже в некотором смысле противостоят друг другу. Иерархия молчит, потому что побеждает неофитское сознание, но –– неофит неофиту рознь. Так, существовало неофитство периода Византии, когда уже сложился христианский мир. Христиане возводили новые храмы и обживали старые базилики –– здания государственных учреждений. Базилика становится образцом первых христианских храмов. Потому не следует объяснять все беды одним неофитством.

Да, подчас приход в Церковь обусловлен тем, что это традиционно, национально, наконец, культурно, это –– “наше”, родное. Печально, что в наименованиях Церкви нет ни одного из понятий Символа веры: Святая, Соборная и Апостольская; закрепилось только название Русская Православная (подразумевается –– правоверная). Хотя в старом русском существовало определение “греко-кафолическая”, то есть соборная: кафоличность одно из свойств Церкви, выражающее всеобщность и вселенскость. Патриарх Константинопольский именуется Вселенским.

***

Два иерарха –– архиепископ Марк (РПЦЗ) и архиепископ Феофан (РПЦ) сочли возможным выступить с совместным заявлением (Русская мысль, №4218) по завершении 9-го собеседования предствителей Московского Патриархата и священнослужителей и иерархов Зарубежной церкви на территории Германии. Не секрет, что члены двух этих Церквей не находятся в евхаристическом общении, называют друг друга раскольниками. Архиепископ Марк и архиепископ Феофан –– люди открытые и способные понимать проблемы, существующие в Зарубежной и Русской Церквах сегодня. Они оба глубоко озабочены проблемой разделения: “Мы отдаем себе отчет в том, что существует разделение. Это страшное разделение было порождено уничтожением русской государственности, разрушением цельности живого здания Церкви и культурных традиций. Пока существует разделение, будут появляться и поводы к его углублению, поскольку в состоянии разделения заложена возможность все новых конфликтов. Существуют силы, заинтересованные в углублении противостояния. Даже люди, ревнующие о пользе Церкви, могут невольно его углублять. Зачастую, разделяющие нас моменты основаны на незнании и на недоразумениях, в серьезном диалоге это становится очевидным, но затуманивается на уровне газетной полемики, нечетких или резких формулировок в заявлениях или при различном понимании терминов. Следует устранить подобные моменты хотя бы там, где это возможно”.

Текст выдержан в духе, в котором должен и может развиваться всякий экуменический диалог. Условия, в которые обе наши Церкви поставлены сегодня, сходны. В конце документа заявлено: “Мы готовы не замалчивать проблемы и признаем трагичность современной ситуации, даже своеобразную безвыходность. Но устанавливая наше общее стремление к единству, мы видим перспективу единства только на пути признания существенной полноценности церковной жизни каждой стороны”.

Что привело к разделению Церкви? Разрыв в традициях, географическая разобщенность? Как будто растения, посаженные одной и той же рукой, всходили на разной почве: виноград, одичавший в северных условиях, не похож на плоды южной лозы. “Понять и признать” –– эти слова, на мой взгляд, самые драгоценные в упомянутом документе. Правда, существует опасение, что он останется только бумагой, которая не сможет существенно повлиять на политику обоих Синодов. Вселяет радость и надежду намерение дать новую оценку старым проблемам, следовать христианским путем, прощая грехи и прегрешения, забывая обиды, понимая друг друга.

Строительство Церкви еще не закончено.

РМ № 4223


Get_Links(); ?>